Primary links

Григорий Либергал: «…надо думать о своем зрителе более внимательно, понимая, как можно откликнуться на его запросы»

Каковы современные тенденции телесмотрения? За какими телевизионными жанрами будущее телевидения? Что приоритетно — спрос или предложение — в программировании канала? И каким образом может измениться рынок телевизионных форматов в связи с финансовым кризисом? Об этом, а еще о «желтизне» на телевидении, о современном НТВ, о плохом и хорошем документальном кино, о том, чего мы ждем от «голубых экранов», и как они оправдывают наши ожидания, мы поговорили с мэтром телевидения Григорием Либергалом, продюсером, вице-президентом российской Гильдии неигрового кино и телевидения.

Григорий Александрович, на семинаре по телевизионному программированию, который только что прошел в Интерньюсе, вы делились своим опытом в отношении работы телестанции, главный принцип которой следовать современным тенденциям телесмотрения. Каковы же эти тенденции?

Если говорить о современных тенденциях телесмотрения, то продолжается процесс фрагментаризации зрителей. Количество телевизионных каналов в мире, у нас в России, здесь в Казахстане растет и будет продолжать расти. Это значит, что зрители дробятся по интересам, возникает все большее количество нишевых каналов. В предыдущие 10 лет и в Казахстане, и в России главную роль играли каналы, ориентированные на обслуживание всей семьи. Это были большие семейные каналы, такие же, как в свое время американские главные телесети, такие же, как эфирные вещательные каналы Франции, Германии, Японии. Сейчас же даже большие эфирные каналы вынуждены, идя в ногу со временем, стараться находить свою собственную нишу. Т. е. не пытаться гоняться за всеми зрителями, а находить своего — по возрасту, по полу, по образованию и по интересам.

Появление большого количества нишевых каналов создает проблемы для региональных станций. Им приходится конкурировать на своем рынке со всем этим богатством — каналами, которые их зритель может смотреть как по эфирному телевидению, так и в большом количестве по кабельному и, в Казахстане это особенно видно, по спутниковым тарелкам, которых здесь очень много.

Значит, и выстраивать свои сетки вещания, и производить или покупать программы, нужно уже не для какого-то общего зрителя, зрителя вообще, а для какой-то более конкретной аудитории. Т. е. каналу нужно находить свою нишу. На сегодняшний день в России этот процесс очень нагляден. За последние два года прибавилось около сотни нишевых каналов. По интересам: там можно найти каналы более широкие — канал «24 док» показывает только документальное кино. Но канал «Рыбалка» показывает только документальное кино про охоту и рыбалку. Есть канал для дачников, есть канал для садоводов. Есть каналы для любителей истории, для любителей технологий и т. д. Есть специальные киноканалы. А это не может не влиять на то, как, например, показывать кинофильмы и документальные фильмы по большим центральным каналам.

Рост количества вещателей сказывается на том, какие программы пользуются наибольшим успехом. Все больше и больше телезрителей в России, да собственно, это общемировой процесс, и он, наверняка, сказывается уже и на казахстанских телевещателях, уходят с больших эфирных каналов на нишевые, на каналы, которые работают через интернет и т. д. Я заметил, например, в Казахстане вырос интерес к российскому кино. Чем это объяснить, я не знаю, потому что в России интерес к кино на телевидении совершенно очевидно падает. Однако растет или вернее, остается по-прежнему высоким интерес к новым российским сериалам. Очень резко вырос интерес к документальным фильмам, как к российским, так и к зарубежным. Все более популярными становятся передачи, связанные с наукой. Таковы тенденции последних лет.

Чем можно объяснить выросший интерес зрителя к тем или иным программам, в частности к российским сериалам?

Я думаю, это реакция на программы, которые были в предыдущие годы. В конце концов, если перекормить зрителя телевизионными играми, то он со временем устает от этих игр. Если перекормить зрителя художественными фильмами, то он, может быть, пойдет в кинотеатр смотреть эти фильмы, или купит ДВД, или просто будет смотреть эти фильмы на специализированных киноканалах.

В чем причина интереса к сериалам, пока понятно  их явно не хватало в предыдущие годы, когда большую часть сериальных программ составляли импортные программы. В последние три-четыре года вышло много российских сериалов, среди них было полтора десятка по-настоящему удачных. С одной стороны успех русской разновидности мыльной оперы, например, «Бедная Настя», «Не родись красивой», «Моя прекрасная няня» и т. д., а с другой стороны — кино мифологенного, типа «Ликвидации», которое и удовлетворяло невосполненный голод. Сейчас этот голод практически удовлетворен, и вполне возможно, что через год-другой популярность российских сериалов в России резко упадет. Нельзя быть популярным всегда. На что это замещается? Как я уже говорил, на документальные картины, которые все чаще занимают прайм-тайм. Они зачастую появляются на тех каналах, которые 10—15 лет вообще не показывали документальное кино, а сейчас не только начинают показывать, но и сами его производят. Собственно этим и объясняется причина того, почему нет прежней популярности у зарубежных телесериалов. Все лучшее за два предыдущих десятилетия уже было быстро и концентрировано показано, а, в конце концов, удачных программ в мире вовсе не так много. Т. е. телевизионных программ огромное количество, но по-настоящему хороших, которые могли бы пользоваться успехом во всем мире, на самом деле, десятки. Вот эти десятки сейчас и пользуются успехом, а раньше пользовались успехом сотни.

Как вы считаете, почему на российском ТВ стало меньше ток-шоу?

Я думаю, это отражение общей тенденции. Сужается количество тем, которые интересны для обсуждения, т. е. рамки того, что можно и того, что не нужно, становятся более жесткими. Идет ротация одних и тех же ведущих. Гламурность, желтизна, которые российское телевидение отчаянно культивировало в предыдущие 10—15 лет, начинают стрелять, рикошетируют, т. е. стреляют в своих же создателей. Невозможно до бесконечности плодить несерьезные желтые ток-шоу. Обсуждать, кто с кем переспал, кто в кого влюбился и т. д. Зрителю это достаточно быстро надоедает. А делать серьезные ток-шоу после того, как развратили зрителя, тоже не очень получается. Я думаю, что это просто реакция на предыдущие ошибки. Не то, чтобы формат как таковой свое отжил, нет. Будут еще нормальные ток-шоу, просто не сейчас.

Почему именно документальное кино стало замещающим моментом тем программам, интерес к которым снизился?

Документальное кино позволяет делать то, что никакой жанр не позволяет делать. В документальное кино человек может через художественную форму осмыслить свое место в мире. Речь идет о том, что он не просто получает информацию, что само по себе хорошо, интересно и полезно, а он получает еще и отношении к этой информации, примеряет ее при этом на себя. Документальное кино — особый вид кино- и телевизионного искусства. Это не информационная программа, но это и не фикшн. Т. е. то, что построено на реальных фактах, то, что в основе своей имеет реально существующих людей и реальные события, позволяет совершенно иначе выстраивать кинематографический образ. И вот на сегодняшний день он оказался близок российскому зрителю.

Как вы относитесь к фильмам, которые в последнее время так популярны на ТВ, о последних годах, днях известных людей, типа «Последние 24 часа»?

Это эксплуатационное кино. Можно ли назвать его документальным — можно. Можно ли сказать, что это хорошее документальное кино — нельзя. Это плохое кино. Эти фильмы сделаны, что называется, на коленке. Они паразитируют на том огромном пласте, как в кино, так и в хронике, который накоплен за предыдущие 70 лет. Они делаются все по одной модели: дикторский голос, который сообщает очевидные банальности, немножко старой хроники и абсолютно ни к чему не обязывающие воспоминания людей, которые с героем данного фильма были знакомы, близки или далеки, но могут рассказать какую-нибудь «клубничку». Популярны ли они? Да они популярны по двум причинам. Во-первых, потому что популярно само по себе документальное кино, а во-вторых, потому что на телевидении вообще в последние годы все больше и больше видна тенденция к легковесности, к желтизне, к скандальности. И они вполне удовлетворяют эту потребность. Но при этом, далеко не на каждом канале такие, условно говоря, документальные фильмы будут популярны. Тут надо, чтобы они потворствовали вкусам зрителей данного канала. На «желтом» канале, где и остальные программы отличаются желтизной, насилием, жестокостью, или чернухой, такого рода картины, скандальные, с перетряхиванием грязного белья или смакованием жестокости, вполне пройдут. А на канале разительно более культурном, подготовленном, более амбициозно и более требовательно относящемся к жизни зрителя, вы сможете увидеть другие документальные фильмы, которых тоже вполне хватает.

Документального кино сейчас в мире производится очень много. Но как всегда и во всем, 95% — просто не обсуждается — это очень плохо. 4% — это относительно приличная продукция, и 1% — это действительно хорошие фильмы. Так же как при хождении в кино, также как при чтении книг, также как при посещении театра или прослушивании музыки, нужно уметь выбирать. Именно в роли этих отборщиков и выступают программные директора местных телекомпаний. Нужно, чтобы они выполняли эту свою функцию — если угодно — фильтр — грамотно и вполне осознанно.

Что, на ваш взгляд, первично — спрос или предложение?

Спрос рождает предложение, с одной стороны, но и предложение определяет спрос, с ругой стороны. Так было всегда. Это всегда перетягивание каната. Это скольжение то в одну сторону, то в другую. Раньше, когда каналов было 3-4-5, и они регулировались из центра, — было проще. Можно было стукнуть кулаком по столу и сказать: «Вы не будете показывать, как мужчина целуется с женщиной», — и вопрос был решен. Можно было запретить. Сейчас зрителей много, зрители разные. Кто-то будет смотреть НТВ — у кого- то такое представление о жизни. Сказать, что НТВ хороший канал — с моей точки зрения, не очень хороший канал, особенно по сравнению с тем НТВ, каким он был прежде. Надо ли запрещать такое НТВ  нет. Потому что тот, кого интересует то, что сегодняшнее НТВ предлагает, так или иначе найдет способ удовлетворить эти свои интересы. Что хорошо, то, что у другого зрителя, который в последний год просто перестал смотреть телевизор, потому что не находил там ничего, что бы удовлетворяло его запросы, сейчас начинают появляться каналы или передачи, которые способны его вернуть к телевизору, а это уже хорошо для телевидения.

Как вы думаете, изменится ли и каким образом рынок телевизионных форматов в связи с финансовым кризисом?

Да, безусловно, изменится. Но все будет отнюдь не так просто. Совершенно ясно, что изменится объем и структура рекламы, а телевизионный рынок в огромной степени зависит от рекламы. И для умных грамотных телевизионных станций в этом будут и свои проблемы, и, надо сказать, большие проблемы, но в то же время возникнут и новые возможности. В условиях изменения структуры рекламодателей можно попробовать несколько изменить и ориентацию своего вещания. Т. е. можно позволить себе то, что при постоянно растущем телевизионном рекламном рынке в общем-то рискованно, да как-то и не хочется, когда дела идут сегодня хорошо, а завтра еще лучше. А ситуация, когда рынок будет расти медленнее (потому что рост не остановится, просто темпы роста замедлятся), можно позволить себе и поэкспериментировать. Так что люди, которые отнесутся к новым финансовым условиям достаточно трезво, не будут паниковать, а просто поймут, что это другая экономическая ситуации я, и в ней работают другие законы, сумеют открыть для себя новые возможности и воспользоваться ими.

Те каналы, которые будут принимать все это в расчет, и будут относиться к своей работе творчески, и думать о своем зрителе более внимательно, понимая, как можно откликнуться на его запросы сейчас, они удержатся на плаву. Совершенно понятно, что малые информационные программы, связанные с экономикой, с работой, с финансами, переживают просто золотое время. Если директора телевизионных компаний сумеют найти хороших журналистов, сумеют помочь им делать такие достаточно трезвые, правдивые, в то же время не паникующие передачи, то они могут получить то, чего у теле каналов не было еще полгода назад и то, что поможет им выстоять в это трудное для всех время. И так можно пройтись по всему спектру жанра, всюду можно найти что-то, что и телеканалу поможет выжить, и зрителю поможет выстоять.

Как складывается ваше мнение о казахстанском телевидении?

Чтобы иметь мнение, нужно видеть. Я успел только прокатиться по всем каналам, которые доступны в гостинице. Правда, какое-то впечатление начало формироваться. Конечно, региональных каналов там нет. А насколько я понимаю, многие интересные вещи именно на региональном телевидении и происходят. Но из того, что я видел из алматинских каналов и канала «Астана», мне понравилось несколько экономических и юридических программы и одна новостная программа. Сегодня у меня будет возможность посмотреть несколько казахстанских новых документальных фильмов, я жду этого с большим нетерпением и интересом.

Интерньюс Казахстан приступил к работе над проектом молодежной программы. Эта работа — первый опыт Интерньюса в рамках государственного заказа. Можете дать совет, рекомендации.

Чтобы давать рекомендации, нужно очень четко представлять адресную аудиторию. Я бы не рискнул давать советы для молодежной программы даже для российского канала. Я с огромным интересом бы к этому отнесся. Я бы следил за результатами сначала социологических исследований, попыток разобраться в том, а что собственно ждет молодежь от такой телевизионной программы, а где должны быть приоритеты, а какие сферы жизни молодежи программа должна освещать, и в какой форме она будет выходить. Пока, насколько я понимаю, чистое поле, можно пробовать абсолютно все. Когда есть хотя бы первый результат, можно судить со стороны. Но когда этого первого результата нет, а ты не знаешь адресата, а я не знаю интересов молодежи Казахстана, то и сказать пока нечего. Можно только пожелать удачи этой передаче. Хорошо, что она будет делаться. Очень хорошо, что это именно молодежная передача, потому что возможности есть огромные, но совершенно не изведанные. А с другой стороны, практически нет в последние годы примеров удачного подхода к этой теме и удачного выхода на этого адресата. Я думаю, что одной из причин, что таких передач нет на телевидении, не в том, что их нельзя было сделать, а в том, что не было экономических побуждений. По крайней мере, на российском телевидении. Т. е. было большое количество других жанров, куда можно было эффектно вложить деньги и очень эффективно вернуть их назад. А вот молодежная передача — это достаточно сложно, но интересно. Удачи!